Создание системы 5 часть

В прошлом году я поймала себя на страшной мысли: а что, если половина моих жизненных выборов вообще не была моей?

Это произошло не в какой-то красивый момент, где всё вдруг становится на свои места. Скорее наоборот. Я долго ходила с этим ощущением, много плакала и пыталась разобраться, где заканчиваются мои собственные желания и начинается то, чему меня просто научила среда.

Я стала вспоминать детство. Мне говорили, что девочке нужно научиться готовить, убирать, следить за собой, потому что когда-нибудь придёт время выходить замуж. Что нужно думать о том, что скажет будущая свекровь. Что женщина должна быть хорошей женой, хорошей матерью, красивой, хозяйственной и вообще желательно такой, чтобы всем было спокойно рядом с ней.

Я не воспринимала это как какое-то насилие над своей личностью. Это было настолько привычно, что казалось просто устройством мира.

Потом я выросла и начала жить самостоятельно. Мне казалось, что я очень свободная. Я могла спорить, не соглашаться, работать, зарабатывать, выбирать мужчин сама. Я вообще считала себя человеком, который ни за что не позволит собой управлять.

А потом я посмотрела на свою жизнь со стороны и увидела довольно неприятную вещь.

Я всё равно жила внутри тех же правил, просто в антисценарии.

Даже мой бунт был построен вокруг них. Я могла бороться с мужчиной, который пытался мной управлять, но всё равно оставалась в мире, где мужчина почему-то должен был быть главным противником, которого необходимо победить.

И тогда я увидела, что существует ещё какой-то вариант жизни.

Я встретила других мужчин. Начала ходить на свидания. Познакомилась с отношением к женщине, которого раньше просто не представляла. А потом встретила нынешнего парня и обнаружила, что отношения могут быть устроены совершенно иначе.

Можно не воевать за право быть собой.

Можно не доказывать каждую минуту, что ты сильная.

Можно быть любимой и при этом оставаться отдельным человеком.

Для меня это оказалось почти шокирующим открытием.

Потому что раньше я думала, что существует только два варианта: либо мужчина сильнее тебя и ты под него подстраиваешься, либо ты становишься сильнее мужчины и начинаешь бороться за власть.

А оказывается, можно вообще выйти из этой конструкции. И тогда я начала гораздо внимательнее смотреть на женщин, которых фотографировала.

Я стала замечать, сколько всего мы носим в себе из детства, семьи, отношений, культуры, религии, рекламы, кино, разговоров других женщин. Иногда женщина говорит: «Я просто хочу красивые фотографии». А потом выясняется, что за этим желанием стоит многолетняя история отношений со своим телом.

«Я хочу скрыть живот».

«Я ненавижу свои ноги».

«Я никогда не была сексуальной».

«Я хочу выглядеть моложе».

«Я хочу наконец почувствовать себя женщиной».

А кто вообще сказал нам, что именно это делает женщину красивой?

Почему одна часть женского характера считается достойной уважения, а другая сразу становится плохой?

Почему сексуальная женщина должна быть менее уважаемой? Почему сильная женщина кажется кому-то менее женственной? Почему хорошая мать должна обязательно быть жертвенной? Почему женщина должна выбирать между карьерой и семьёй, между сексуальностью и приличиями, между силой и нежностью?

Чем больше я об этом думала, тем сильнее мне хотелось разобраться.

И примерно в это время я начала изучать феминизм.

Я ещё не знала, что это исследование очень скоро приведёт меня к архетипам, к женским ролям, к истории красоты и даже к попытке понять, почему фотография вообще может так сильно влиять на наше восприятие себя.

Но один вопрос уже появился.

Если женщине с детства объясняли, какой она должна быть, то что произойдёт, если однажды дать ей возможность самой выбрать, какой она хочет себя увидеть?