Создание системы 4 часть

Как я поняла, что не просто фотографию женщин в образе от стилиста.

Чем больше я работала, тем больше меня интересовало, почему женщина выбирает именно такой образ. Сначала казалось всё довольно просто: человеку нравится определённая эстетика, он приносит референсы, мы вместе что-то придумываем и идём снимать.

Но когда ты много лет разговариваешь с женщинами не только во время съёмки, а ещё до неё и после, тебе приносят сокровенные истории, постепенно начинаешь замечать за фотографиями совсем другие вещи.

Оказывается, за желанием стать Госпожой может стоять женщина, которой всю жизнь было нельзя злиться, а ее сексуальные желания считались грязными и неуместными. 

За желанием стать Музой — женщина, которая привыкла быть ответственной, сильной, полезной и вдруг хочет просто быть невозможно красивой. 

За образом Девы — та, которой 

 рано пришлось стать взрослой, а на ее голову свалилось слишком много. 

За желанием показать свою внутреннюю Блудницу — женщина, которая много лет считала собственное тело постыдным, а в отношениях не хватает искры, чтобы они запылали.

И чем больше я это видела, тем чаще вспоминала собственное детство. Я росла с очень понятным представлением о том, какой должна быть женщина. 

Мне говорили, что нужно научиться готовить и убирать, иначе тебя замуж не возьмут. Что нужно думать о том, что скажет будущая свекровь, если ты не вытерла капли после мытья посуды. Что женщина должна быть хорошей женой, хозяйкой, должна хотеть стать матерью. 

В общем, у меня довольно рано появился список качеств, которые пригодятся мне в будущей семейной жизни. При этом никто никогда не спрашивал, кем я сама хочу быть.

Мне казалось, что это просто нормальная жизнь, что так живут все женщины, причем не особо счастливо, если честно. Казалось, у женщины есть определённый маршрут, по которому она должна пройти, а дальше уже можно выбирать цвет кухни и имя ребёнка.

Потом я попала в отношения, которые длились много лет, и там этот сценарий только усилился. Я долго думала, что моя проблема заключается в том, что мне попался неправильный мужчина. Потом мне казалось, что я сама слишком слабая. Потом, наоборот, я стала очень сильно бороться и доказывать, что со мной так нельзя.

А потом начала ходить в терапию и увидела более неприятную вещь. Я вообще-то прекрасно умела бороться с тем миром, в котором оказалась. Только я всё равно продолжала жить внутри его правил.

Я могла быть сильной, независимой, бунтовать, не соглашаться, посылать мужчин нахуй и строить жизнь сама. Но даже мой бунт был построен вокруг той же системы координат. 

Я всё равно постоянно доказывала, что имею право быть сильной. И вот тогда у меня и возник вопрос, который потом очень сильно повлиял на мою систему архетипов: а сколько в моих собственных представлениях обо мне действительно моего?

Если девочке с детства объяснять, что женственность — это мягкость, покорность и способность быть удобной, она вырастет и будет считать эти качества частью себя.

Если ей говорить, что хорошая женщина должна хотеть семью, она может даже не успеть спросить себя, хочет ли этого именно она. Если сексуальность постоянно связывать со стыдом, она так и будет годами думать, что проблема в её теле.

А если женщине всё время объяснять, что она должна быть красивой, но только определённым способом, она начинает рассматривать собственное тело как проект, который бесконечно нужно исправлять.

И именно это я вижу перед своей камерой.

Женщина приходит не просто в красивом платье. Она приходит со всей историей того, какой женщиной ей разрешали быть. А иногда — с огромным желанием наконец попробовать другую.

Наверное, тогда моя фотография впервые перестала быть для меня просто фотографией. Потому что если мы можем хотя бы на несколько часов разрешить женщине примерить на себя ту часть личности, которую она всю жизнь считала неправильной, то становится очень интересно посмотреть, что произойдёт дальше.

Я тогда ещё не знала ответа.

Но мне уже очень хотелось его найти…